Новосибирск. Депутат Горсовета Антон Тыртышный: как работают наказы избирателей

Интервью председателя постоянной комиссии Совета депутатов Новосибирска по наказам избирателей Антона Тыртышного корреспонденту радио «Городская волна» Ивану Конобееву.

– Антон, определимся с терминами: что такое в принципе «наказы»? 

 – Если без шуток, то у нас в Новосибирске под наказом мы понимаем специальное предложение избирателей, данное кандидату в депутаты Городского совета в период избирательной кампании, которое было принято к исполнению горсоветом Новосибирска на срок полномочий вот этого самого депутата. Я сейчас выдал довольно сложную тираду, поэтому приведу пример: когда у нас были выборы нынешнего состава Городского совета, это был 2015-й год. И все кандидаты в депутаты ходили по дворам, собирали избирателей, проводили встречи. И они шли к людям, спрашивали, что необходимо сделать в первую очередь в конкретном дворе. И с точки зрения благоустройства, и ещё каких-то личных пожеланий. 

Мы знаем, что люди уже грамотные, и понимают, что от депутата горсовета требовать повышения пенсии, снижения пенсионного возраста и т. д. невозможно.

– То есть разные полномочия у власти?

– Да, эти вопросы, конечно, очень актуальны, но они относятся к компетенции федеральных властей, Госдумы, президента. А есть полномочия, которые относятся к компетенции областных властей — губернатора. Например, это вся медицина. То есть, как бы мэрии и городским депутатам не хотелось повлиять на некоторые нюансы работы нашей медицины, мы тут, к сожалению, бессильны, поскольку медициной управляет областное правительство, и финансируется она из областного бюджета. Городские депутаты и мэрия Новосибирска вообще никак на это дело повлиять не могут. А есть круг вопросов, которые относятся к компетенции мэрии и Городского совета, вот на эти вопросы и депутаты повлиять могут, и по этим вопросам депутаты собирали предложения по наказам во время избирательной кампании. Преимущественно они были связаны с благоустройством, с организацией работы ЖКХ, с образованием и спортивными объектами.

 – В 2015 году впервые, насколько я знаю, Анатолий Локоть, мэр нашего города, принял практически все наказы, которые озвучили депутаты к исполнению.Что это означает в данной ситуации? План работы — что нужно делать во дворах, в общественных пространствах, на дорогах и т. д. — очень большой. В связи с этим, как вы считаете, нужно ли было искусственно сокращать этот список, принимая и понимая, что этот список должен быть исполнен за пять лет полномочий депутата. Либо нужно действительно принимать все наказы и делать всё?

– Вопрос, конечно, не такой простой в силу некоторых причин. Вы абсолютно правы в том, что со сменой руководства мэрии, то есть с приходом Анатолия Локтя, у нас позиция по отношению к наказам избирательной кампании изменилось кардинально. Я могу сравнивать то, как мы принимали наказы в 2010-м году, когда я избирался в горсовет в первый раз, и как мы собирали и принимали наказы в 2015. В 2010 году я насобирал больше сотни, а в итоге в план реализации наказов, утверждённый горсоветом, вошло всего 30 штук. И это была адекватная цифра. В целом по горсовету я не помню, но на всех 50 депутатов там было около 1500 наказов.

В новом созыве горсовета в план реализации наказов, принятых к исполнению, вошло 4700. Это в три раза больше, чем в 2010. С одной стороны, это связано с тем, что и депутаты более научены, и они к этому подходили внимательно, строили избирательную кампанию на том, чтобы собрать наказы. Я, кстати говоря, в том числе...

Позиция мэрии кардинальным образом изменилась, Анатолий Локоть, будучи сам депутатом и горсовета, и Госдумы, прекрасно понимал, что эти пожелания, которые избиратели высказывали кандидату в депутаты в период избирательной кампании, на самом деле отражают реальные болевые точки на территориях. И они могут существовать там годами, даже десятилетиями. 

В силу разных причин: например, чиновники видят приоритеты работы не так, как их видят люди, которые ходят по этой земле. Это не связано с тем, что чиновники плохие. Просто эти приоритеты для них часто определяются не обращением граждан, а требованием прокуратуры и полиции.

– Какие-то системные вещи?

 – Да. И вместо того, чтобы сделать где-нибудь тротуар к школе, мэрия вынуждена выполнять предписания контролирующих органов. Потому что если не выполнит, то её оштрафуют, будет приниматься решение суда. А за неисполнение произойдёт наказание главы муниципального образования и т. д.

Поэтому без института наказов учитывать многочисленные и важные просьбы избирателей тяжело, и он стал отличным подспорьем для решения проблем локального уровня. Он позволяет корректировать приоритеты работы чиновников и вынуждает их делать то, что нужно людям, а не только то, что нужно государству в широком смысле слова.

 – Сколько в этом году выполнили наказов из всего объёма? Вы сказали: 4500 за пять лет? И как это вообще устроено?

– По 2019 году пока трудно сказать, сколько будет выполнено. Потому что все наказы выполняются за счёт городского бюджета, и тех средств, которые выделяют из федерального в городской бюджет именно для решения такого типа проблем. Например, у нас есть программа «Комфортная городская среда» — это благоустройство дворов за деньги из городского, областного и федерального бюджетов. Благодаря этому удается решать многие вопросы.

 – Всё-таки теоретически: в наказе, например, фигурирует установка детской площадки в каком-то конкретном квадрате. И если её поставил какой-нибудь добрый человек, это будет считаться исполнением наказа? Если объект установлен за небюджетные средства?

 – Если депутат привлёк какие-то спонсорские средства для исполнения наказа — честь ему и хвала. Но в основном абсолютное большинство наказов исполняются за бюджетные средства. В положении о наказах значится, что наказом может быть только то, что в соответствии с законом может быть выполнено за бюджетные средства.

Есть много пожеланий от граждан в период избирательной кампании кандидатам в депутаты, но мы понимаем, что они не все реально доходят до плана реализации наказов, потому что часть из них просто не в полномочиях мэрии и Совета депутатов. Не может мэрия построить поликлинику.

 –Антон Григорьевич, 4500 наказов приняли...

– 4700.

– Даже больше. Сколько сейчас их выполнено?

– Часть наказов выполняется не один год. Вообще говоря, наказ — это некоторая задача для мэрии, которая должна быть выполнена в течение пяти лет полномочий депутата от горсовета. И выполнение наказа может растянуться на 3-4 года.

Например, какое-нибудь освещение протяжённой улицы частного сектора стоит 2 млн рублей. Соответственно, в 2016-м году может быть запланировано 500 000, в 2017-18-19-м годах — тоже по 500 000. У нас есть такие наказы. Поэтому есть наказы, которые выполнены частично к этому моменту, и есть такие, которые выполнены полностью.

Полностью на текущий момент выполнено более 1700 наказов и ещё частично выполнено 500, но у нас ещё примерно год работы нынешнего горсовета впереди. Сезон 2019 года не закончился, есть у нас ещё 2020 год, где тоже будут выполняться наказы. Конечно, динамика такова, что все 4700 наказов мы не выполним, но надо понимать, что они очень неравномерны по стоимости.

Я специально для себя сделал анализ, из чего состоят эти 4700 наказов. И я могу сказать что в 92% наказы — стоимостью меньше 5 млн рублей, а сумме они составляют примерно 3,5 млрд рублей.

– Бюджет города Новосибирска сейчас около 46 млрд рублей? И 3,5 млрд рублей необходимо только на наказы?

– Да. Если усреднить по годам, то получится, что 800-900 млн рублей в год тратится на наказы. Мы понимаем, что мэрия не имела права просто так отметать все наказы, которые вносят депутаты. И специально так написано положение о наказах, чтобы в этом плане ограничить произвол чиновников мэрии, у них очень мало свободы. Большие проблемы, конечно, с дорогостоящими наказами, которые за собой имеют капитальные затраты: пристройка в школе, строительство новой школы, строительство дороги.

И у нас есть один абсолютно феноменальный наказ, мэрия не смогла отбиться от него при принятии плана реализации наказов. Это строительство метро на Родники стоимостью 20 млрд рублей.

 – То есть наказ принимается, когда 25 человек собираются...

– Да, в этом есть некоторые странности положения наказов. Но здесь вопрос интересный, нужно там это было делать или нет, но при принятии этого наказа были разные мнения. Многие депутаты говорили, что: «ну мы же понимаем, что за эти пять лет мы эту станцию метро, особенно средствами городского бюджета, не построим никогда». То есть это возможно только в случае, если будет федеральная субсидия — это единственный вариант.

Но они у нас стоят в отдельном списке, «со звездочкой». Это означает, что если будут соответствующие субсидии вышестоящих бюджетов — что-то там будет сделано. А если таких субсидий не будет — то там, по всей видимости, ничего сделано и не будет. Таких наказов у нас несколько процентов. Капитального характера, совсем дорогостоящие. Там, где суммы — за сотни млн рублей реализации для каждого.

План реализации наказов составляется на пять лет, на срок полномочий депутата Городского совета. Соответственно, когда мэрия планировала и составляла этот план, она должна была поставить какие-то наказы на 2015-й год, какие-то на 2016-й, какие-то на 2018-й, и так — до 2020. Поэтому вполне естественно, что какие-то наказы попали вниз, в более поздние годы.

Реально получается так, что в ходе исполнения этого плана реализации наказов, всё равно происходит какие-то передвижки. 

Причины могут быть самые разные. Например, нужно поставить детскую площадку где-нибудь во дворе по наказу. Выясняется, что там нет земельного участка нужного размера. Для того чтобы поставить эту детскую площадку, жителям необходимо дополнительно оформлять часть муниципального земельного участка. Получать разрешение на использование, чтобы муниципалитет имел там право поставить эту детскую площадку за бюджетные средства. Эта процедура занимает год.

Когда процедура занимает несколько месяцев, мы понимаем, что такой-то наказ мы поставим только в следующем году. Комиссия рассматривает эти ситуации, меняет сроки, иногда комиссия меняет стоимость исполнения наказов. Потому что там заложена одна сумма, а нужна другая, например.

Депутат обращается, и мы на комиссии заслушиваем самого депутата, районную администрацию, профильный департамент, который определял стоимость, и мнение — из чьего бюджета должен делаться этот наказ. Проводим такой, я бы сказал, товарищеский суд по наказу, и принимаем решение — какая будет стоимость, какие сроки и так далее.

[…]Ну и опять же, правильный вопрос — на самом деле, мы должны понимать, что исполнение наказов — это только одна из ипостасей депутатов, направлений их работы.

Кроме исполнения наказов, есть ещё каждодневная работа с обращениями граждан, есть приёмы избирателей, есть и просто обязанность депутата — принимать соответствующие решения на сессиях горсовета, в рамках полномочий горсовета.

 – А как новосибирцы могут узнать — наказ стоял в плане или нет? 

 – Очень просто, у нас есть сайт городского совета: gorsovetnsk.ru. Думаю, через любой поисковик он ищется вообще без проблем. Туда можно зайти, выбрать там меня, Тыртышного Антона Григорьевича, как председателя комиссии по наказам. Там списки депутатов, кому можно отправить обращение, есть электронная общественная приёмная. Допустим, в мой адрес, как председателя комиссии по наказам, нужно написать запрос. Для этого никуда не надо ездить, тратить своё время. Сел за компьютер, открыл сайт, настучал этот свой вопрос и всё — я на него отвечу. Это официальное обращение в Городской совет. Оно зарегистрировано, и я обязан на него ответить.

– Возьмём простой пример: у новосибирцев в каком-то дворе нет детской площадки. Что нужно сделать, чтобы эта площадка появилась, используя институт наказов?

 – Используя институт наказов, необходимо, если мы говорим только об институте наказов, дождаться избирательной кампании и дать кандидату в депутаты Новосибирска соответствующий наказ.

 – Мы уже говорили, что детские площадки — это один из фаворитов по наказам. Можно сказать, что просят новосибирцы, если мы говорим о разных отраслях городской жизни? Спортивные детские площадки — это первое место, или всё-таки есть какие-то более актуальные вопросы, которые задаются на этом уровне?

 – Передо мной сейчас лежит план на 2019 год уже тех наказов, по которым, по крайней мере, понятно, что они у нас обеспечены финансированием. Из них там для департамента образования: крыши школ, классы и пожарная сигнализация. Это 91 наказ. Департамент энергетики и жилищно-коммунального хозяйства — 147 наказов, это как раз не детские площадки, но разные благоустройства территории. Ремонты, благоустройства, субсидии, ремонт новых территорий. По департаменту культуры — 34 наказа, там может быть ремонт библиотеки, домов культуры, приобретение для какого-нибудь ансамбля реквизита, инструментов и т. д.

По администрациям районов у нас довольно много наказов, там по несколько десятков на администрацию. Там, где уже точно понятно, что финансирование будет, идут около 600 наказов. Это в целом. А по администрациям, по площадкам — около 250, довольно много. Фактически это фавориты, потому что это вещи, простые и понятные людям и, результат выполнения этих наказов сразу виден налицо.

[…]

 – Этот механизм наказов работает во всех городах России или это находка Новосибирска?

 – В советское время наказ был реально работающим институтом. Это видно и в старых фильмах про революцию, когда приходят к Ленину с наказами от советов рабочих крестьянских депутатов. Наказ — это понятие, которое существовало в России с екатерининских времен. Условно, это некое пожелание народа к власти. И в 1977 году наказы были закреплены в советской конституции. Была специальная статья, где чёрным по белому написано, что наказы — это предложения, которые предлагаются депутату и учитываются при формировании бюджета и плана социально-экономического развития.

 – То есть на самом высоком уровне — на федеральном.

– Именно, это была конституционная норма. Другое дело — когда у нас произошла кардинальная смена политической системы в 1991 году. Была изменена конституция, потом было изменено законодательство, и понятие наказа просто потерялось. И теперь, несмотря на то, что на федеральном уровне нет такой нормы и вообще такого понятия как наказ, в этом есть необходимость.

– И федеральной думой не собирались никакие наказы, так как такого механизма просто нет.

 – Однако в Госдуме этот вопрос периодически поднимается. И вообще неплохо было бы эту практику вновь институализировать. Но нам отсутствие такого закона нисколько не мешает. В рамках полномочий местного самоуправления — полномочий мэрии, горсовета, принимать соответствующие положения о наказах и работать по ним. У нас в 1997 или 1998 году в областном совете было принято соответствующее решение — областной закон о наказах, который регламентировал этот процесс именно в Новосибирской области. Он в основном касается кандидатов в депутаты в Заксобрание. По своей идеологии этот закон совпадает с городским положением о наказах, принятый в 2000-м году. Городские депутаты посмотрели на областных и сказали: «а чем мы собственно хуже? Мы хотим такой действенный механизм, который позволяет управлять тем, каким образом будут выполняться пожелания народа».

 – Получается, что не в каждом городе нашей страны есть такой механизм?

 – Мы для интереса делали мониторинг по правовым системам — что вообще существует в разных регионах. И поняли, что где-то под наказом подразумевается просто обращение граждан к депутату в период его полномочий, где-то механизм схож с тем, что есть в Новосибирске. То есть в период избирательной кампании депутат собрал, оформил; совет принял; мэрия исполняет. Из-за того, что нет федерального регулирования института наказов, то каждый муниципалитет и регион делает это так, как он себе это видит. Но я могу вам сказать, что в Новосибирске, я считаю, самая продвинутая система работы с наказами в стране. Мне приходится периодически выступать на семинарах Ассоциации сибирских и дальневосточных городов. Это специальная организация, куда входят муниципалитеты и их руководители. И приезжают депутаты из других сибирских и дальневосточных регионов на обучение. 

Я там просто читал лекцию про наказы и получаю обратную связь. Мне рассказывают, как у них там это дело устроено, но у нас наиболее прописанная и продвинутая система, я считаю, работает с наказами. Вплоть до того, что у нас есть в регламенте мэрии этот документ, внутренний регламент, как вообще чиновники свою работу выстраивают внутри мэрии. В регламенте мэрии есть отдельный раздел, который диктует чиновникам, как им работать с наказами, в какие сроки они принимаются, в какие сроки отчитываются.

 – То есть механизм очень серьёзно проработанный и поэтому, он, собственно говоря, и едет.

 – Он ещё едет и потому, что по нашему положению о наказах ежегодно мэрия вносит в горсовет отчёт о том, как они выполняли план реализации наказов в предыдущий год. И этот отчёт должен рассмотреть и принять Городской совет. Чиновники понимают, что если там что-то идёт не так, то депутат пожалуется в комиссию по наказам, где мы, соответственно, будем разбирать этот вопрос. Приглашать соответствующего специалиста, который отвечает, или руководителя, который отвечает за это направление, спрашивать — почему так? Почему не сделано? В какой срок вы это можете сделать? И так далее.

Мэрия достаточно ответственно относится к этим вопросам. Плюс ещё каждый год на сессии Городского совета принимается отчёт об исполнении наказов за предыдущий год. На последней сессии тоже этот отчёт рассматривался, и все конфликтные ситуации были с депутатами сняты.

[…]

 – Такие волшебные слова, как депутатский фонд ещё существуют? Которого де-юре не существует, но де-факто...

 – Как такового депутатского фонда не существует. Есть средства бюджета, которые, опять же, в рамках полномочий муниципалитета, расходуются на обращения граждан, но это нормально. Наказы — это тот механизм, который позволяет депутату выполнить небольшую часть необходимых вещей на своей территории. Действительно появляются какие-то локальные проблемы, которые необходимо решать в течение срока полномочий. Это не значит, что я один раз принял эти наказы, собрал их, добился, чтобы их приняли в плане, и пять лет можно ничего не делать. Так не бывает. Я веду приём каждую неделю, и каждую неделю ко мне приходят люди с разными вопросами.

Источник:   ИА «Новосибирские новости»